Татьяна Варзаева: Ребенку хочется, чтобы у него просто спросили: «Как у тебя дела?»

Татьяна Варзаева

Кто такие волонтеры? Зачем и кому они нужны? Кто и где их ждет? Мне как журналисту было важно это понять. В Лианозовском парке я встретилась с добровольцем  благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Татьяной Варзаевой.

- Татьяна, «кто» и «где» ждет волонтеров?

- «Кто?» — это дети, «где?» — в детских домах и домах малютки.

Наш фонд год назад начал вести переговоры с одним из московских детских домов. В феврале состоялось первое знакомство волонтеров с детьми. Нас всего 7 человек. А учреждение — огромное, в нем живут 500 детей от трех до 18 лет. Оцените сами масштаб! Это дети с патологиями различной степени тяжести. Считается, что они умственно отсталые. Некоторым поставлен диагноз — необучаемый.  Но если честно, то я не могу ко всем детям, с которыми мы занимаемся, отнести этот термин. Например, у нас есть там девочка О., очень шустрая и сообразительная. Очень хорошо говорит, любит привлекать к себе внимание. Только говорить ей практически не с кем — в ее группе почти никто из девочек не разговаривает, по крайней мере, на таком же уровне. Воспитатели жалеют О., а помочь кардинально помочь ей может только семья.

- Есть у волонтеров возможность помочь детям найти семью?

Да, конечно! В детском доме начала работу наша команда по устройству детей в семью. В фонде есть группа людей, которые занимаются «пиаром» детей. Это некрасиво звучит, но именно фото-видео-анкеты, распространяемые в интернете, помогают ребенку найти родителей. Насколько я знаю, детей уже фотографировали. Они готовятся к фотосессии, наряжаются, волнуются. Такую дозу внимания получают сироты крайне редко. Конечно, спасет этих детей только семья. Потому что как только им исполнится 18 лет, большинство воспитанников детского дома переведут в психоневрологический интернат (ПНИ). И самое печальное, что дети, которые понимают свою дальнейшую участь, не любят праздновать свои дни рождения. Не так давно мы познакомились с мальчиком. Он не желал ни рисовать, ни клеить открытки. Я даже подумала сначала, что он говорить не умеет. Но потом наладился контакт, и Ф. начал «выговариваться».

Я сейчас практически процитирую его, он сказал следующее: «У меня скоро день рождения. Я всегда в этот день плачу. Я понимаю, чем старше я становлюсь, тем скорее меня увезут в интернат к взрослым. А я отсюда уходить не хочу. Мне страшно!» А мы-то думали, что перед нами сидит ребенок, который ничего не понимает!  Я иногда слышу от знакомых, что с такими детьми  не стоит возиться и тратить на них свое время. А на вопрос «почему?» следует один и тот же ответ: «потому что он (она) — как растения и все равно ничего не понимают». Вот такие настроения в обществе. С неуважением к ребенку сталкиваемся часто. А мне иногда кажется, что у детей просто нет возможности высказаться и быть услышанными, поэтому и не говорят. Безусловно, учреждение хорошее настолько, насколько это можно желать от учреждения такого  характера. Детей лечат, с ними занимаются и дефектологи, и логопеды, и психологи. Но ведь ребенку хочется, чтобы у него просто спросили: «Как у тебя дела? А что тебе приснилось? А вот та котлета, которую ты съел за обедом, она тебе понравилась? А эти игрушки тебе нравятся? А  сосед справа тебе интересен?» Такие разговоры с детьми вряд ли ведут, потому что просто у воспитателей не хватает времени. Детей надо накормить, одеть, обуть. Есть режим! Это большой труд.

- Татьяна, а чем занимаются волонтеры с детьми? Не у всех же есть педагогическое образование?

- Педагогическое образование — совсем не обязательное требование для волонтера, без него все получается, если захотеть. Мы стараемся придумать для детей занятия, которые бы им были в радость. Например, недавно придумали простейшую игру. Принесли в группу тазики с теплой водой и дали возможность детям плескаться. Одна девочка нас удивила. Ее зовут З., ей около 8-10  лет. Ходить самостоятельно не может и очень плохо работает руками, сказывается ДЦП. Девочка передвигается только на инвалидной коляске. Я думала, что она не говорит. Мы с ней играли так: курочка ко-ко-ко, гуси га-га-га. Она улыбалась мне и что-то мурлыкала и никогда ничего не говорила в ответ. И вот неделя, вторая, третья, месяц, мы думали, чем же ее увлечь. И придумали игру с тазиками. Она настолько в эту воду ушла, а до этого дольше пяти минут ни чем ее не могли занять. А над этой водой она зависла на час: просто переливала из формочки в формочку. В какой-то момент к ней подбегает девчонка, начинает у нее выхватывать ведерки, и З. четко говорит: «Не надо. Я занята».  У меня был шок! Я думала, что она говорить не умеет. Это был момент, когда я поняла, что ребенку надо время привыкнуть, присмотреться к новому взрослому и понять, стоит ли с этим человеком говорить или не стоит. Она, видимо, приняла такое решение, что с волонтерами «стоит» разговаривать.

- Как происходит прием волонтеров? Вы принимаете всех подряд?

- Многих, во-первых, отсеивает время. Остаются самые мотивированные. Часто у людей бывает такая мимолетная жалость. Прочитали в социальных сетях какую-то трогательную историю о ребенке-сироте и решили помогать. А свое время и силы не рассчитали. И больше не приходят…Стать волонтером на самом деле не сложно. Есть ЧЕТЫРЕ обязательных пункта: заполнить анкету на сайте БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам»   http://www.otkazniki.ru/signup.php , прийти на собеседование с психологом, пройти обучение, а также медосмотр. После медосмотра человек принят и может ехать к детям. Мы рекомендуем, чтобы первые три встречи были с кем-то из опытных волонтеров. Я всех новичков сама водила как стажеров. Потому что разные реакции могут быть на детей. Поэтому хорошо, когда рядом будет тот, у кого больше опыта. И кто сможет объяснить и поддержать.

- Есть ли правила, чего нельзя делать волонтеру в детском доме?

- Из опыта могу сказать, что, во-первых, нельзя давать неоправданных обещаний детям. Например, под влиянием жалости сказать: «Я тебя возьму домой!», «Я к тебе буду приезжать каждый день!», «Я буду приезжать только к тебе!». А ведь в группе 10 человек, и каждый хочет, чтобы приехали только к нему. Это нереально и не нужно обманывать детей. Во-вторых, нельзя вступать в споры с работниками учреждения. Хотя такое желание иногда может возникнуть. Чем это может быть чревато? Если мы начнем скандалить и искать правду, то вполне вероятно, что длительно сотрудничать мы не сможем. Нужно понимать, что мы детей видим раз в неделю. А воспитатели, нянечки и санитары имеют с ними дело 24 часа в сутки. Дети особенные и могут вызывать разные реакции — хотя я сейчас ни в коем случае не хочу оправдывать неуважительное обращение с детьми. Нужно понимать, что даже свой родной и любимый ребенок может вызывать гнев и раздражение, а здесь 500 детей. На курсах подготовки волонтеров учат уходить от конфликтов, находить нужные слова и объяснять, что волонтеры для того и приходят, чтобы поиграть с детьми, пообщаться и подержать на руках.

Дарья Иванова

http://www.otkazniki.ru/news.php?ocd=view&id=749


Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.
Комментарии:

Оставить комментарий